Stroi-doska.ru

Строй Доска
1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Последствия откоса по дурке

Последствий учёта в ПНД нить. Кошу от армии по

Последствий учёта в ПНД нить. Кошу от армии по дурке. В этот призыв не успели отправить на обследование (ибо только-только кончил универчик и времени у военкомата мало было, плюс мне без справки не поверили лол), отправят в следующий (у меня на руках справка с F42.1 + до в следующий призыв я уже буду в списках граждан состоящих на учёте в ПНД, ибо он обновляется до 3 месяцев, а я обратился в ПНД уже после начала призыва).

Иногда в тредах про откос по дурке проскакивали аноны с сакральным знанием, что же такого страшного в откосе по ПНД. Например, помню какой-то анон сказал, что его хотели отправить в заграничную командировку на работе и факт учёта в ПНД вскрывался и его уволили. Но рассказать подробности он так и не отважился.

Не считается последствиями откоса по дурке:
1) Анон реально поехавший и все работодатели это за версту чуют без всякой пробивки по базе
2) Анон думает «меня пробьют по базам и не возьмут» и поэтому даже не пытается устраиваться в крупные компании, либо начинает дрожать от страха и сам всё выкладывает, когда его просят принести справку из ПНД (хотя на самом деле в этой справке не отражается диагноз и факт учёта, только годность к запрашиваемой должности, если это не опасное производство и не полиция, то будет годен вне зависимости от диагноза)

У меня такое чувство, что это бототред. Я уже в шестой раз вижу подобный тред за последнее время. Но ладно, отвечу.

Последствий нет. Впрочем, у меня и заболевание довольно лёгкое.

>>200356236
я хочу что-нибудь F60.n , диагноз — залупа , но «В» в билетике будет. Так что про голоса не буду

>>200356594
Мне было очень страшно идти в ПНД, но я всё же в итоге смог решиться за несколько недель. Пришёл на регистратуру и такой
— Мне нужно к психотерапевту или психиатру
— У вас медосмотр?
— Нет, мне просто нужно
— Тогда, вам, наверное, к психотерапевту
— Наверное
— Пройдите в такой-то кабинет
Прошёл в кабинет, заглянул
— Вы психотерапевт?
— Да
— Мне сказали к вам пройти
— Проходите, присаживайтесь (показывает на диванчик)
Присел
— Какая у вас проблема?
— (несколько раз пытаюсь начать, но сбиваюсь) Э. Эм. Моя проблема. Иррациональные страхи. Я постоянно слишком сильно переживаю из-за всякой ерунды. Всегда когда я отклоняюсь от какого-то стандартного пути. Например, однажды я хотел снять квартиру и жить отдельно от родителей, даже нашёл объявление и договорился об осмотре, но когда пришёл мне стало страшно, что я зашёл так далеко и я поспешил сказать, что мне надо уйти и ушёл. Мне было очень страшно, было трудно себя контролировать и потемнело в глазах. Или вот, например, даже сюда придти мне было очень страшно — мне всё казалось, что меня просто принудительно госпитализируют. Или рассмеются и не поверят в мои проблемы. Но я много всего прочитал и знаю, что так не будет. Но мне всё равно страшно, сколько я себя не убеждаю! Или вот. Вообще, я программист по специальности и, наверное, достаточно неплохой. Однажды я зарабатывал фрилансом в интернете, но столкнулся с проблемами с мотивацией. Мне постоянно казалось, что в следующий раз мне не заплатят, хотя заказчик был хорошим человеком и всегда платил в срок, а я всё делал, что от меня требуется. Но с каждым разом мне всё сильнее казалось, что не заплатят. Пока в итоге я не перестал совсем работать. И мне действительно перестали платить. Но я просто подвёл людей. За всё это я себя постоянно виню. То есть я понимаю, что многие мои мысли неправильны и приводят к негативным последствиям, а потом долгим сожалениям.

Это было два месяца назад, я не могу точно пересказать, что именно говорил, но мой монолог был минут 10-15 лол. Я говорил в целом честно, все факты из биографии реальны. Смотрел в одну точку и дрожал от волнения. Врач очень понимающе слушала. Потом начала тестирование — спрашивала толкование пословиц, что общее и различное у всяких слов. Я, возможно, отвечал немного заумно (например, что у золота и серебра общее то, что они проводят электричество, а различия в плотности и стоимости), но вроде шизу мне не поставили. Ещё был вопрос что общего у совы и корзины. У меня сразу в голове возникла мысль, что и то, и то круглое, но я где-то слышал типа это тест на шизу и сделал вид, что долго думаю и не могу найти общее, пока наконец не сказал ответ (на другие вопросы отвечал мгновенно). Ещё расспрашивала про меня — на кого учусь, сколько детей в семье, какие отношения с родителями (нихуя не общаюсь, стараюсь скрывать свои поступки и уведомлять постфактум, потому что меня постоянно критикует мама), как провожу свободное время (сижу за компом всё свободное время лол).

Потом отправили к психологу. Я у неё написал тесты, а потом она меня спросила, типа с какими проблемами я пришёл. А у меня уже сильно изменился настрой после того, как меня не отправила в дурку психотерапевт, и я уже не так волновался, в итоге у меня чуть ли не небольшой конфликт получился — я рассказал о проблемах, а она наехала «ну это у всех такие проблемы, всё у тебя нормально». На что я спокойно и глядя в одну точку ответил «я не знаю, что нормально, а что нет, поэтому и обратился сюда, чтобы разобраться».

Затем вернулся к психотерапевту. Она мне сказала, что мне НЕ нужно ложиться в дурку, что я буду лечиться амбулаторно. Выписала таблеточки. Сказала приходить через 2 недели.

В итоге хожу к ней раз в 2 недели, пью таблеточки (антидепрессанты, нейролептики, ноотропы — всё в антидепрессивных, а не антипсихотических дозировках). В целом сильных эмоций, которые мне мешали стало меньше. Начал больше играть с людьми, а не говорить, что думаю, меньше ною и психую. А даже в случае конфликта в итоге это детектирую и перехожу на спокойный тон и рассуждаю логически (правда, иногда после этого на меня наезжают нормисы, что я несу бред лол). Ещё по заданию психотерапевта завёл тетрадь и записываю туда всякие мысли. За 2 месяца больше 70 листов исписал лол. Вообще, у меня с детства была какая-то мания к тетрадочкам. Типа постоянно просил маму их покупать, исписывал пару страниц и бросал. Потом даже начинать писать перестал. В итоге мама перестала их покупать, мол нахрена, если не пользуешься. Пробовал вести дневник на компе или даже блог — тоже бросал. А под таблетками как-то стало похер, что писать и прямо попёрло хорошо.

Перед визитом в военкомат спросил у неё под конец приёма, какой у меня диагноз, типа интересно. Она сказала «смешенное тревожно-депрессивное». Я спросил может ли она дать какую-нибудь справку для военкомата, она сказала, что ничего не знает, но меня могут направить в больницу на обследование. Я сказал, что морально готов к этому.

В военкомате в итоге я сначала показал неврологу рецепты и сказал, что обращался в ПНД. И тут начался такой кипишь. Невролог ходила по другим кабинетам с моим личным делом, а мне сказали ждать в корридоре. Я слышал обрывки фраз:
— Его нет в базах (скорее всего потому что я обратился в ПНД после начала призыва)
— Это не выписка из медкарты (про рецепты, взял на заметку)
— Такое кому попало назначают
Затем я дождался своей очереди к психиатру. Начал рассказывать о проблемах как в ПНД, но из-за осознания, что мне никто не даст читать монолог 10-15 минут и враждебности психиатра в итоге получилось очень сумбурно, он меня заткнул фразой «Довольно!», поставил годность А и сказал, что я себя просто накручиваю. При этом меня ещё несколько раз спрашивали откуда у меня рецепты — «вам платный врач выписал?», «вам невролог в поликлинике выписал?». Но невролог дала направление с ВСД в неврологию, так что этот призыв я проёбывал в любом случае (так и вышло, обследование даже не прошёл из-за очереди к врачу в поликлинике, необходимости сдавать анализы и т. д.). У меня есть теория, почему так вышло. Я себя слишком подозрительно вёл у психиатра, слишком акцентировал внимание на своих проблемах, а вместо рецептов представил копии (боялся, что заберут лол, а мне таблетки покупать). Плюс он знал, что невролог мне уже выпишет направление и этот призыв я проебу, а в следующий попаду в базы. Мб подумал, что я могу быть не психом, а уклонистом, который нафотошопил рецепты (но открыто обвинять меня невыгодно, ибо это статья, а с судимостью в армию не берут тоже). А если псих, то потерплю до следующего призыва.

После этого я снова сходил в ПНД и соврал, что мне не поверили и попросили выписку из медкарты (я же взял это на заметку, как вы помните!). Психотерапевт мне выдала выписку, где стоял код диагноза F42.1 (ОКР, преимущественно ритуалы, походу это из-за того как я восхищался, что мне тетрадка очень помогает успокаиваться), а описание на другой стороне больше походило на тревожно-депрессивное. Когда я пошёл в военкомат сообщать по повестке, что я не успел пройти обследование в неврологии (в итоге мне дали повестку на новый медосмотр на осень), я заодно подошёл к психиатру и показал ему справку. Сказал, что согласен, что я себя накручивал в прошлый раз и мне очень неудобно, что так вышло. И что я на все вопросы неправильно ответил. Психиатр внезапно изменил своё поведение и в отличии от прошлого раза не проявлял агрессии и не пытался спорить. Дружелюбно сказал «о, тут и диагноз есть», потом покопался в какой-то книжке и назвал «смешенное тревожно-депрессивное расстройство». Затем спросил «вы всегда так волнуетесь?» (я изо всех сил старался быть спокойным в отличии от прошлого раза, но скорее всего волнение всё равно читалось на мне), я ответил «нет, только когда делаю что-то важное». Затем сказал отдать справку секретарям, чтобы сделали копию и приобщили к моему личному делу, «осенью будем разбираться».

Читать еще:  Как быстро сделать откосы своими руками

В последний мой визит к психотерапевту одно из заданий было — поставить локальные цели в жизни. И привела примеры «выучить английский», «стать владельцем машины». Отсюда я делаю выводы, что походу у меня точно не шиза и другие тяжёлые диагнозы, раз мне намекают, что мне могут дать права.

Последствия откоса от армии по психиатрии

Молодой человек моей дочери достиг призывного возраста, но в его планах на жизнь армия не присутствует. Он планирует откосить от ВС, получив отметку в военнике о наличии психического отклонения. Меня это не очень порадовало, так как я не знаю, как это скажется на его последующей жизни, какое влияние окажет на его карьеру и на жизнь моей дочери, соответственно. Подобные опасения заставили меня подробно изучить вопрос, какие могут быть последствия, если откосил от армии по психиатрии. В этой статье я готова поделиться с вами, тем, что узнала:

  • С какими психическими патологиями не берут в армию?
  • Как выявляются проблемы с психикой?
  • С какими последствиями можно столкнуться?

Эффективность откоса по психиатрии

Вариантов уклонения от ВС существует достаточно много. Основная масса из них связана с разными заболеваниями, при которых служба в армии является постоянным или временным противопоказанием. Если молодой человек относительно здоров, не имеет хронических заболеваний, он задается вопросом, как гарантированно откосить от армии по психическим заболеваниям.

Причина популярности данного метода основана на том, что физиологическую патологию практически невозможно симулировать. С псевдопсихическими патологиями все намного проще.

Несмотря на определенную доступность и эффективность метода, не стоит подходить к нему бездумно. Результат подобных действий довольно часто не соответствует желаемому.

С какими отклонениями не берут в армию?

В процессе положенного обследования призывника военная комиссия полностью руководствуется официальными законодательными документами. Есть специальный перечень психических патологий, где каждому заболеванию соответствует установленная категория годности.

Положение о психических заболеваниях, которые являются противопоказанием к ВС, утверждено правительством РФ.

В таком официальном документе, как Расписание болезней, психическим отклонениям отведено 7 статей.

Статья 14

Это патологические дисфункции головного мозга, связанные с травмами, онкологией или инфекционными заболеваниями. Проявляется такими симптомами, как:

  • Острые состояния психоза;
  • Изменение личностных качеств;
  • Развитие когнитивных и диссоциативных расстройств.

Статья 15

Сюда относятся разные психологические отклонения эндогенного типа. В данную категорию патологий входят такие проблемы со здоровьем, как хронические бредовые состояния, циклотимия, шизофрения.

Статья 16

Речь идет о психических патологиях, которые вызываются длительной интоксикацией организма. Это могут быть заболевания, связанные с физиологическими нарушениями и те, что имеют соматическую направленность. Довольно часто данные состояния проявляются после долговременного приема психотропных средств или после облучения.

Статья 17

В данную категорию входят такие распространенные проблемы, как:

  • Психозы;
  • Стрессы;
  • Депрессии.

В армию не берут юношей, которые страдают от реактивного проявления психоза, с наличием посттравматического стресса или с обнаруженной психогенной депрессией.

Статья 18

Это расстройство личности, которое характеризуется, как инфантилизм. Сюда же относятся разные формы психопатии, фобии и обсессивные синдромы.

Статья 19

В данную категорию психических заболеваний входят нарушение психики, основанные на долговременном употреблении психотропных и наркотических элементов. Наркоманов, токсикоманов и алкоголиков не оформляют на ВС.

Статья 20

Разная по степени выраженности умственная отсталость.

При обнаружении одного из перечисленных выше заболеваний юношу в армию не берут и военный билет выдают со специальной отметкой.

Выявление психических заболеваний

Общее психическое состояние призывника оценивается квалифицированными военными медэкспертами.

Чтобы провести полноценное освидетельствование, на комиссию приглашается опытный психиатр. Если выявленные расстройства подтверждены документально, если не поддаются компенсации, у военных врачей не возникнет никаких вопросов. Таким призывникам можно не косить от ВС, их гарантированно отстранят.

Если юноша намеревается симитировать психологическую патологию, он должен понимать, что сделать это непросто. В военной комиссии присутствуют исключительно квалифицированные специалисты.

Вот несколько примеров абсурдности откоса от армии посредством имитации психических отклонений:

  1. Умственная отсталость. Она бывает в тяжелой или легкой форме. Первый вариант отпадает автоматически, так как призывник, который смог одеться и самостоятельно прийти в военкомат, не может быть умственно отсталым. Если попытаться имитировать легкую отсталость, без дополнительного стационарного обследования не обойтись. Здесь же придется иметь дело с профессиональными докторами, обмануть которых почти нереально.
  2. Мнимое расстройство личности и нездоровые наклонности. Здесь довольно часто подразумевается выдача себя за гомосексуалиста. В этом случае тоже не все так просто. Существует несколько специальных способов проверки молодого человека, которые могут показать прямо противоположный результат.
  3. Истерика или припадок. Данные неприятные моменты можно достаточно легко имитировать, но такие приступы обычно имеют под собой определенное основание. Призывник уже должен являться пациентом психдиспансера и иметь соответствующие задокументированные заключения.

Если молодой человек пытается усиленно показать свою психическую несостоятельность и при этом не стоит на учете, ему автоматически будет вручено направление на обследование. Придется вставать на учет и косить под психа на протяжении, как минимум, одного года, регулярно посещая специалиста.

Несмотря на огромное количество легенд, связанных с тем, что откосить от армии через психбольницу легко и просто, обмануть профессионалов очень сложно. Если юношу не призвали в армию по причине психических отклонений, есть вероятность, что у него в действительности обнаружили определенные отклонения.

Обнаружение психических отклонений не является прямым поводом для отвода от армии.

Все зависит от категории выявленной патологии, от уровня ее тяжести и от степени выраженности. Есть такие патологии, при которых человека отправляют в запас. Это особая категория служащих, которых вызывают при объявлении в стране военного положения.

Как проводится освидетельствование?

Перед тем как прийти на медицинское обследование, призывник должен подготовить определенный пакет документов:

  • Выписка из истории заболевания;
  • Справка о нахождении на учете в психдиспансере;
  • Выписки из стационара, где был пройден курс лечения.

Чтобы провести точное освидетельствование молодого человека, специалисты могут направить его на стационарное лечение или на долговременное пребывание в местном профильном учреждении.

Если же диагноз будет очевидным и подтвержденным, призывнику могут не дать полное освобождение. Намного чаще дается небольшая годовая или полугодовая отсрочка, во время которой молодой человек должен пройти назначенный терапевтический курс.

Решение о прохождении лечения в стационаре принимает сам юноша. Согласно законодательству, принудительное направление в психдиспансер возможно только при наличии угрозы обществу.

Последствия откоса через психиатрию

Если молодому человеку ставят один из перечисленных психических диагнозов, вне зависимости от того, реальный он или «откос», в военном билете проставляется соответствующая отметка. Военкомат при наличии подобной отметки не будет иметь к человеку никаких претензий.

Но каким образом будут обстоят дела в обычной жизни? Существует несколько достаточно неблагоприятных последствий от такого откоса:

  • Есть вероятность получить отказ при оформлении водительских прав;
  • С наличием данной отметки нельзя устроиться на серьезное государственное предприятие. Современные коммерческие организации также не спешат брать на работу таких людей;
  • Невозможно получить лицензию на ношение и хранение оружия;
  • Не стоит забывать о последствиях, которые могут настигнуть еще в военкомате. Если сотрудники заметят попытку откоса, неприятностей не избежать.

Взвесив все перечисленные выше неблагоприятные последствия, стоит хорошо подумать, есть ли смысл рисковать своим будущим ради освобождения от армии. Даже если очень постараться и изобразить из себя нездорового с психической точки зрения человека, можно потерять возможности, которые открываются перед каждым молодым человеком в процессе его взросления и становления, как личности.

«Психиатр сказал, что я предатель и хочу откосить». Как расследуют случаи дедовщины и насилия в российской армии

19 мая 2021 года

Этой весной в российскую армию собираются отправить почти 135 тысяч новобранцев: призыв продлится с 1 апреля по 15 июля. Несмотря на то, что Минобороны считает, что такие понятия, как «дедовщина» и «казарменное хулиганство», в российской армии искоренены, заявления о неуставных отношениях в воинских частях продолжают поступать правозащитникам. Настоящее Время рассказывает истории мужчин, которые пострадали в российской армии от насилия – как физического, так и морального.

«Я мог начать плакать с утра»

20-летний Ильнур Адашев (фамилия изменена) в начале апреля 2021 года был комиссован с военной службы в воинской части 12128, которая находится в селе Тоцкое Оренбургской области. Срочник четыре месяца провел сначала в медроте, затем в военном госпитале и психоневрологическом диспансере. После этого его отправили домой с диагнозом «транзиторное расстройство личности». Нервные срывы у него начались после того, как срочник из Дагестана в декабре прошлого года избил его на глазах у роты, рассказывает Ильнур.

Читать еще:  Как определить площадь по угол естественного откоса

«Он всего лишь на месяц дольше меня служит, – говорит он. – Придрался к тому, как я заряжал телефон. Подошел к моей кровати, сел на меня сверху, начал бить по лицу, а затем стал душить. Когда я уже закряхтел, отпустил. Все сослуживцы это видели, но нет, никто не заступился – все боятся, что с ними сделают так же».

После этого случая агрессор еще несколько раз исподтишка бил его, вспоминает Ильнур. Адашев, у которого и раньше были проблемы с эмоциональным фоном, стал испытывать панические атаки.

«Я мог начать плакать с утра и не останавливаться несколько часов, – говорит он. – Два месяца я бесконечно температурил: меня выписывают – в тот же вечер температура опять поднимается. Ничего не мог делать, меня трясло, и это, конечно, сказывалось на службе, все видели».

Сослуживца после жалоб Адашева перевели в другую роту. Но Ильнур рассказывает, как через других солдат тот передавал ему, что «его найдут»:

«Всего в этой травле человек пять участвовало, – говорит Ильнур. – Могли подловить меня в столовой, еще где-нибудь. В итоге я не выдержал и порезал себе вены».

После попытки суицида командиры воинской части сначала отправили Адашева к психологу, а затем вызвали срочника к себе на разговор. По словам Ильнура, его упрашивали «не губить себя».

«Я требовал, чтобы меня отправили на комиссию в психоневрологический диспансер, – говорит Ильнур. – Они говорили мне, что я загублю себе будущее, если меня комиссуют из армии «по дурке». Но я не успокаивался, у меня истерики были непрекращающиеся – им пришлось меня отправить к врачам. Психиатр, прежде чем выписать мне направление на обследование, сказал мне, что я предатель и хочу откосить от армии. Мы с ним часа полтора про Путина разговаривали. Сказал мне: «Если тебя не снимут, я тебя отправлю в дисбат или в прокуратуру».

В военном билете у комиссованного Адашева указан психоневрологический профиль госпиталя, в который его положили. Основательница «Движения сознательных отказчиков от военной службы» в Санкт-Петербурге Елена Попова, знакомая с Ильнуром, называет эту приписку незаконной. «В военном билете должны указывать организацию, которая проводила врачебную комиссию, – говорит она. – Просто название и номер госпиталя. А военкомат из говнистости, простите, фактически раскрывает врачебную тайну».

«Чего жалуешься? Только пришел, а уже устал»

В армии все новобранцы сначала друг к другу присматриваются, а потом сбиваются в «банды», рассказывает житель Читы Семен Астахов (фамилия изменена). В 2014 году он служил в воинской части в Песчанке недалеко от родного города.

«Буряты в одной банде, кавказцы в другой, якуты в третьей, – говорит он. – Я сначала во взводе служил, где одни буряты были. Ну и они начали всех «дрочить», прошу прощения. По отдельности все нормальные были, а потом сбились в банду, человек 30 – и почувствовали: их много. Были там парни, которых они замучили. Помню одного: поначалу был веселый пацан, а потом вечно грустный, поникший».

Семен уверен: агрессия друг к другу у солдат начинается из-за того, что в армии «заняться нечем». Сам он с сожалением вспоминает проведенный на службе год.

«У меня было ощущение, что я занимаюсь какой-то идиотией, – говорит он. – В Песчанке я был радистом. Но за полгода радиостанцию, на которой я должен был работать, видел всего два раза – и ее не включали ни разу. Как-то нас привели на полигон, командир говорит стрелять. А там поле чистое – ни мишеней, ничего. Куда стрелять, спрашиваю. «Стреляй в поле». Вот мы полгода просто и стреляли в поле».

Егор Дмитриев из Екатеринбурга (фамилия изменена) в ноябре 2019 года закончил контрактную службу в Приаргунском погранотряде в Забайкальском крае. На профессиональную службу в армии пошел после срочной. Но то, что продлевать контракт не станет, понял сразу. За заработную плату в 48 тысяч рублей (около $650) сержант три года охранял границу с Китаем вместе с другими контрактниками. В первые же дни своей службы из-за отсутствия зимней амуниции он застудил себе суставы – с тех пор у 25-летнего Егора болят ноги, зимой он носит специальные наколенники.

«Я тогда не получил теплую одежду, мне что выдали – я в том и пошел в наряд, – вспоминает он. – Это была весенне-осенняя обувь, берцы. Вечером воспалились колени, пришел в медпункт, а его начальник мне сказал: «Чего жалуешься? Только пришел, а уже устал. А вдруг ты специально пошел переохладиться?»

Военную форму: обувь, штаны, куртки – контрактники часто покупают себе сами, говорит Егор. При поступлении на службу им выдали старое обмундирование. Заставы также были не приспособлены для комфортной жизни:

«Это здания из кирпича, зимой холодно в них, – говорит Дмитриев. – Во всех комнатах стояли обогреватели: трубы не работали и отопления не было совершенно. Парни надевали бушлаты и просто спали в них. Эти заставы с советских времен еще, их когда-то построили сроком на пять лет, они временными должны были быть, но. «

«Люди часто не готовы себя защищать»

С переходом на годичный срок службы количество насильственных преступлений в армии сократилось, говорит юрист и координатор правозащитной организации «Солдатские матери Санкт-Петербурга» Антон Щербак. Но дедовщина в российской армии далеко не искоренена, уверен он:

«Она во многом трансформировалась: сейчас мы часто сталкиваемся с систематическим насилием уже не со стороны сослуживцев-срочников, а контрактников, профессиональных военнослужащих, – уточняет Щербак. – Когда ребята служили два года, командирами отделений были срочники и дедовщина шла от них. Сейчас командиры отделений – сержанты, профессиональные контрактники, которые таким образом «воспитывают» солдат».

В некоторых частях дедовщина «воспроизводится и культивируется» офицерским составом, говорит Щербак. Это ощущается даже в судах, где подсудимых-военнослужащих поддерживает начальство:

«Иногда часть до последнего за офицера стоит, – вздыхает Щербак. – По материалам дела ясно: вот он, негодяй, все против него свидетельствует. И умный командир [воинской части], конечно, будет дистанцироваться до приговора суда, хотя бы формально. Но я сам присутствовал на суде, где представители вышестоящего командования спокойно с подсудимым разговаривали, шутили, веселились. Поэтому, скорее всего, они и сами не чужды таких «методов воспитания».

Если военнослужащий причинил солдату тяжкий вред здоровью – вероятнее всего, он получит реальный срок, говорит Щербак. В случае травм средней тяжести агрессор может отделаться штрафом.

«Очень распространенная в армии травма – это разрыв селезенки, – говорит правозащитник. – Удар в область брюшной полости, достаточно иногда просто попасть в одну точку, чтобы селезенка лопнула. Вот тут обычно сажают людей. Но часто, когда нет физически сильных последствий у человека, офицеры отделываются штрафом и продолжают службу».

Хорошо характеризовался на работе и командир взвода Игорь Хохряков – номер его воинской части скрыт в материалах дела . В мае 2019 года Выборгский гарнизонный военный суд приговорил Хохрякова к трем годам шести месяцам лишения свободы условно по статье «Превышение должностных полномочий с применением насилия» (часть 3 статьи 286 УК) и штрафу в 100 тысяч рублей (около $1350) за восемь преступлений по статье «Мелкое взяточничество» (часть 1 статьи 291.2 УК). Следствие установило, что в 2018 году Хохряков вымогал у срочников деньги за право уйти в увольнительную. Также Хохряков как минимум дважды избил подчиненных солдат. В ноябре 2018 года, «будучи недовольным тем, что рядовой повредил огнетушитель, в неприличной грубой форме оскорбил его, после чего нанес несколько ударов в лицо», – говорится в приговоре. В январе 2019 года Хохряков в присутствии других военнослужащих «прижал рядового лицом к поверхности стола, после чего, схватив потерпевшего сзади за верхнюю часть форменной одежды, бросил его на поверхность того же стола, а затем на пол». Спустя несколько минут Хохряков избил рядового еще и по лицу, а когда солдат упал, «нанес ему еще несколько ударов ногами по спине, ноге и области предплечий».

Заявление на Хохрякова в «Солдатские матери Санкт-Петербурга» написал один из пострадавших срочников, но с журналистом Настоящего Времени бывший солдат разговаривать отказался. В «Солдатских матерях» не удивляются нежеланию своих подзащитных вспоминать события, произошедшие с ними на службе:

«Обращений по насилию в армии гораздо больше, чем заявлений о нем, – говорит Антон Щербак. – Люди часто не готовы себя защищать почему-то. Или родители [солдата] рассказывают, а сам человек не хочет. Или бывает, что передумывают».

Рядовой Вячеслав Васильев в марте 2019 года выиграл суд против старшины своей роты 138-й Красносельской мотострелковой бригады Степана Новикова. В феврале того же года Новиков избил Васильева в палатке полевого лагеря при двух других военнослужащих.

«Нужно было выходить на построение, но у меня пропал вещмешок, о чем я ему и доложил, – вспоминает Васильев. – Он велел мне принять упор лежа и несколько раз ударил меня по почкам и затылку».

Читать еще:  Виды пвх профилей для пластиковых откосов

Заявление в «Солдатские матери» Васильев отправил, находясь в военном госпитале, где он провел две недели после случившегося. Старшина Новиков, узнав о заявлении рядового, попытался уладить с ними конфликт. «Он мне звонил-звонил, но я не отвечал», – говорит Васильев.

Выборгский гарнизонный военный суд приговорил Новикова, который так и не признал свою вину, к трем годам лишения свободы условно по статье «Превышение должностных полномочий» (пункт «а» части 3 статьи 286 УК) и 30 тысячам рублей (около $400) штрафа.

Несмотря на совершенное с ним насилие, Вячеслав Васильев не жалеет о том, что пошел в армию, и говорит, что мужчинам «надо служить». Он нормально относится к воинской обязанности и собственный случай расценивает как частный. «Просто так получилось», – говорит он.

Читайте далее

«Я стал для них занозой в одном месте». Как добиться альтернативной службы в России

Судят как уклонистов и отправляют служить в Россию. Что происходит с призывниками в аннексированном Крыму

Можно ли изучать хирургию онлайн. Студенты-медики рассказывают, как пережили год пандемии

Мы – телеканал «Настоящее Время». Мы делаем яркие видео, рассказываем о важных новостях и злободневных темах, готовим интересные репортажи и передачи – смотрите нас на спутнике, в кабельных сетях и в интернете. Каждый день мы присылаем дайджест всего, что нужно знать, одним письмом, а также превращаем цифры в понятные истории.

Желтый военный билет: История казанца, косившего от армии в психушке

Каждые полгода в республике Татарстан призывают 18 тысяч юношей. Из них примерно 3 тысячи человек отправляются на службу. У остальных есть много способов получить статус «не годен»: выпить зубную пасту и заработать язву, развить плоскостопие или рискнуть притвориться психически нездоровым.

Большинство заранее обращаются к юристам и врачам, чтобы найти у себя «подходящие» болезни и получить освобождение. Цена такой услуги колеблется от 40 до 60 тысяч рублей. Герой нашей истории выбрал сложный, рискованный, зато бесплатный путь «откоса». Глава пятая в расписании болезней: «Психические расстройства».

Герою примерно не больше 27 лет, вырос в Татарстане, сейчас учится в другом регионе. Других подробностей о себе не рассказывает. Весеннего призыва избежал благодаря направлению в психиатрическую больницу города Казани. На вопрос, почему решил не идти в армию, он выдает три аргумента против российской системы призыва: дедовщина, отсутствие нормального окружения и подготовка к убийствам.

«В России и так жить страшно, попасть в армию — еще страшнее»

Можно сказать: «Я не испугался, я просто год терять не хотел!» Но если честно, в России и так жить страшно, попасть в армию — еще страшнее. Как только ты принимаешь присягу, все законы перестают действовать, и твоя жизнь переходит во власть других людей. Избиения, дедовщина, драки — старшие по званию закрывают глаза на эти преступления. Результатом такого отношения к людям можно назвать историю стрелка Рамиля Шарафутдинова из Читы. Часто всплывают данные про «подозрительные» суициды в армии. Все выставляется как неуравновешенная психика человека, его личные проблемы. Но если задуматься, то виновник очевиден — армия и беззаконие в ней.

Я понимал, какие люди идут служить. Для меня важно, с кем я проведу целый год, и судя по рассказам друзей, в армии элементарно не с кем поговорить. Мне кажется, туда идут малообразованные, без интересов и хобби. Армию можно поблагодарить только за то, что научишься выдерживать любые оскорбления и унижения.

В целом российская армия для меня — это структура, которая очень хорошо «перерабатывает» человека. В какой-то момент тебя отправят убивать и умирать, а ты не станешь возражать. Я против войны и оружия, это идет вразрез с моими принципами.

«Предварительный диагноз «органическое расстройство личности» я получил за свои убеждения в бессмысленности войны и армии»

У меня было мало времени подготовиться к медкомиссии и обдумать, как избежать армии. Прочитал в интернете, что некоторые «косят» через психушку. Решил попробовать. Как оказалось, получить направление от военкомата на обследование в психбольницу, а значит и временное освобождение, несложно.

Меня и еще нескольких ребят привезли на медкомиссию. Мы вошли на закрытую территорию, разделись, отдали телефоны, взяли личные дела и пошли по врачам. Атмосфера была ужасная. Жуткое чувство, когда перед тобой сидят военные и врачи, а ты ходишь между ними совершенно голый. Это незаконно. Никто не может заставить человека раздеваться в общественном месте, и нигде в правилах не написано, что именно так нужно проводить медкомиссию.

В конце медосмотра я зашел в кабинет психиатра или психолога, точно не помню. Врач, мужчина средних лет, спросил: «Пойдешь в армию?». Я ответил, что не знаю: результатов медкомиссии еще нет и неизвестно, годен ли я. Он спросил заново: «В армию пойдешь?», — мой ответ не изменился. И так по кругу три-четыре раза. Потом он начал просто орать, повторяя этот вопрос. Я стоял напротив него и игнорировал. В итоге он поставил какую-то отметку в личном деле и отправил в соседний кабинет.

За дверью сидела женщина-психиатр, на столе у нее пепельница. Она закурила при мне и начала разговор. «Почему не хочешь в армии служить?», «Зачем тебе ложиться в больницу?», «Твоя жизнь после диагноза в личном деле будет сломана, готов к этому?». Я честно отвечал, что не хочу держать оружие, не хочу убивать людей и хочу лечь на обследование . Женщина попробовала меня убедить словами о патриотизме, чести и долге перед Родиной, но я стоял на своем.

Беседа прошла спокойно. В конце она выписала направление на обследование в психбольницу. По сути, предварительный диагноз «органическое расстройство личности» я получил за свои убеждения в бессмысленности войны и армии. Я ведь не кривил душой и не притворялся суицидником, просто высказал свое мнение и описал свои идеалы. Видимо, для военкомата ненормально, что кто-то не хочет убивать.

«Я сбежал из психушки через четыре дня»

Мне дали направление на обследование в Республиканскую Клиническую Психиатрическую больницу имени академика Бехтерева в Казани. Семья и друзья отнеслись к этой новости с негативом, я слышал от них фразы: «В психушку ложиться? Ты себе жизнь испортишь! Так нельзя, лучше бы отслужил».

Страшно не было. Я адекватный и ложился в больницу на время. Но когда пришел и увидел, как за мной на засов закрываются железные двери и через них никого не выпускают, стало жутко.

Психиатрическая больница изнутри выглядит как обычное советское здание с протекающей крышей и палатами по 15-20 человек. Кроме разделения на мужскую и женскую часть есть два отделения: для «спокойных» (не опасных для окружающих) и «буйных» (агрессивных). Я лежал в первом. В палате со мной были алкоголики, мелкие преступники и «хроники». Оказалось, что некоторые не желающие работать пожилые люди буквально прописываются в психбольнице и живут на попечении государства.

Люди и жизнь в психушке мне как морально неподготовленному человеку казались очень жесткими. Я вообще немного романтизирован обстановку в медучреждении, ведь многие поэты и творческие люди лечились здесь, даже вдохновлялись и писали произведения в этих стенах. Но не совсем представлял, какой окажется эта романтика.

По закону у большинства пациентов забирают телефоны, но мне разрешили пользоваться смартфоном и интернетом. Это помогло хоть как-то скоротать время. Для остальных развлечением были шкаф с книгами, просмотр телевизора по расписанию, хождение от стены к стене в коридоре и иногда прогулка на свежем воздухе. Неофициально можно курить в туалете, но сигареты были в дефиците. И то ли от того, что люди докуривали до конца, то ли от того, что прятали, их руки выглядели отвратительно. Прожженные до мяса, с незаживающими ранами. После этого зрелища я сразу бросил.

Ночевать в больнице страшно. Даже если в палате все кажутся адекватными, ты не знаешь, чего от них ожидать. Мой сосед, например, все время сидел и смотрел на меня. Я засыпаю-просыпаюсь, поворачиваю голову — а он молчит и смотрит. Помню мужчин под галоперидолом (нейролептик, — прим. Enter). Они вели себя агрессивно и без препаратов представляли опасность для себя и окружающих. Например, один бил стекла, а потом резался. С другим, казавшимся мне нормальным, я пытался заговорить. Но на любой вопрос человек отвечал: «Я болею», — и все. Однажды вместе с санитаром я посетил острое мужское отделение. Атмосфера у них совсем другая, как в фильмах ужасов: все сидят или спят на полу, санитары бьют людей.

Я пролежал в больнице четыре дня. Мое обследование состояло из четырех встреч с разными врачами. У психолога мне предложили решить тест с картинками «живое-не живое» (нужно было отделить камни от людей и тому подобное). Остальные врачи, от которых зависело медицинское заключение, были в летних отпусках. Оказалось, ждать их придется почти месяц. Оставаться в психбольнице так надолго я, естественно, не хотел. Поэтому пришел к главному врачу, спокойно написал заявление на отказ от психиатрического обследования и меня отпустили. Диагноз не подтвердился, новый не поставили, так что родственники и друзья могут быть спокойны: на будущее этот опыт никак не повлияет.

«Лучше выдержать 30 дней в психиатрической больнице, чем год провести в армии»

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector